Продолжение воспоминаний Любови Константиновны Волковой. Начало можно прочитать вчасти 1 и части 2.
В этом выпуске — о детстве, которое прошло на Судоверфи. О начальной школе, деревянной горке, с которой дети «улетали» вместе с портфелями, шалашах в лесу и походах за земляникой без страха встретить змею или медведя. Это был мир, где всё было по-настоящему — дружба, труд, приключения. Мир, который уже не вернуть, но который навсегда остался в сердцах тех, кто там вырос.
Моя Судоверфь. Часть 3. Детство
Самый лучший детский сад-ясли был в Судоверфи: двухэтажный, каменный, с высокими потолками, широкими лестницами и большими группами. Вся еда была вкусной и полезной. Перед обедом обязательно давали ложку рыбьего жира — так заботились о здоровье детей. Как мы его не любили! Кто не мог выпить из ложки, съедал вместе с супом. Где он сейчас, этот натурпродукт?! Нынешняя Омега-3 из аптек в подмётки не годится. В детсаду были круглосуточные группы и группы продлённого дня — всё в помощь работающим родителям.
Рядом с детским садом, буквально через забор, стояла наша деревянная одноэтажная начальная школа. Туда вел тротуар и маленькая деревянная калитка на «вертушке». Вот так всё просто. В классах были большие, на всю стену окна, просторные кабинеты и «холл» для отдыха на переменах. Здесь работали лучшие учителя, потому что они были Первые. Нам посчастливилось учиться у умной, доброй и интеллигентной Нелли Константиновны Тайшиной. А директором была строгая и уважаемая Августа Иннокентьевна Житова.
Мы сами мыли парты, подоконники и полы раз в месяц. Это была генеральная уборка. Приносили из дома тазы и тряпки. А чтобы не нести таз в руках, съезжали в нём с крутой горы. Вот это была скорость! Это вам не на картонке или санках… Иногда весь карман был в чернилах: мы носили в школу чернильницу-непроливайку и писали ручкой с пером. С такими приключениями ходили в школу.
Зимой для детей Осетровская судоверфь строила огромную деревянную горку — рядом с остановкой. Такая большая и крутая, что мы «улетали» с неё почти до дороги к клубу. Сколько портфелей мы на ней попортили! Сядешь на портфель — и вниз. Далеко уносило! Глядь: замок сломан, кожа поцарапана, ручка отлетела… Зато скорость какая и дальность!
Улица Судостроительная — типичная для того времени, где были добротные, просторные дома со ставнями, которые никогда не закрывались. Калитки не запирались, и сами дома — тоже. А если и закрывали дом, то ключ всегда лежал где-то рядом с дверью, в укромном месте. Рядом с домом — палисадник с черёмухой и сиренью, огород. И ещё огороды в лесу. Туда ходили запросто. Мальчишки строили шалаши, родители знали об этом и даже иногда приходили на нашу «детскую площадку».
А по дороге к лесу начиналась наша поляна — огромный пустырь с травой и земляничными полянками. Мы собирали землянику не в пакетик (их не было), не в стакан, а нанизывали ягоды на длинные стебли ковыля. Так научил папа. По 10 соломинок соберём — и довольные, дальше по своим делам. Из леса не вылезали — от первых подснежников до последних ягод и грибов. Ни разу за много лет не встретили ни змею, ни медведя.
Многие из Судоверфи рыбачили. Все с удочкой на Лену ходили. Я с детства знала, что за рыба ленок, хариус, налим, ельчики и гольяны. Папа с товарищами по 100 кг хариуса добывали. Ходили пешком на Таюру. Вот такие богатые уловы были.
А горы песка на берегу! Никого пляжа не надо было. Мы лазили по ним и скатывались по песку в воду. На надувных матрасах Лену переплывали. Идёт баржа — надо успеть удрать. Течение сильное, сил уже мало… Но справлялись! Сильными были и здоровыми. Одно слово — судоверфенские!
На месте Судоверфи — нет былого крепкого предприятия. Но я с благодарностью и теплотой вспоминаю всё, что связано с «моей Судоверфью». Это были радостные и счастливые времена! Судоверфь — моя колыбель. И пусть о ней знают не только по названию остановки.