Продолжаем делиться воспоминаниями земляков. Сегодня — рассказ Василия Васильевича Костюченко. Его детство в Усть-Куте пришлось на 1960–1970-е: деревянная школа, уроки физкультуры на лыжах и катание с горки на фанерках. Это история о том, как жили, дружили, взрослели и запоминали город, который навсегда остался в сердце.
___________________
Родился я в 1960 году в Усть-Куте. Первые воспоминания относятся примерно к 5-летнему возрасту — когда мне на день рождения подарили настоящий кожаный брючный ремень. Радость была безграничной.
В то время нас было четыре брата и одна самая старшая сестра, я был четвёртым ребёнком. Помню, как ходили проведать маму в роддом, когда в 1966 году родился ещё один брат, самый младший. Роддом находился там, где сейчас магазины «Хороший» и «Охотник».
На месте, где сейчас бассейн, находился городской рыночек, где продавали излишки продуктов — мясо, молоко, овощи. Родители держали коров и свиней. За рынком был пустырь — раньше там было кладбище. Потом на месте рынка построили магазин «Овощи», а теперь — бассейн и спортзал. Рядом был стадион, куда мы зимой ходили кататься на коньках — играла музыка, давали коньки напрокат, и мы не боялись даже лютых морозов.
В первый класс пошёл в 1967 году — в деревянную школу №2. Там учились 1, 2 и 3 классы, остальные занимались в большом трёхэтажном здании. Директором был наш любимый Нектарий Константинович Марков — имя, которое мы вспоминаем с гордостью и любовью.
Когда Лена покрывалась льдом, проводились уроки физкультуры на лыжах. А ещё — уроки вождения на школьном ГАЗ-51: 5–6 человек сидели в кузове, и мальчишки по очереди садились за руль. Это было незабываемо.
Сено для коров косили в районе аэропорта — ходили пешком с мамой километров 6–7, приносили продукты отцу. Дорога в аэропорт была покрыта не асфальтом, а гудроном, который таял на солнце — подошвы ботинок прилипали. Машины ходили редко, но если повезёт, довозили до «ресторана» — так называлось место, где дорога пересекает Осиновый ручей. Там всегда останавливались, пили родниковую воду, а дальше шли лесными тропинками, не боясь медведей. Это сейчас их расплодилось так много, что даже в городе можно встретить.
Машин было мало: водовозка ЗИЛ-157, водитель дядя Миша Огнев, и ещё машины, которые привозили дрова или сено.
Собирались ребятишки школьного возраста человек по 30. Летом играли в лапту, банки, футбол, волейбол, в «охотники и собаку», в «чур не голю». У нас было три игровых поля, которые со временем застроили домами.
Зимой скидывались по 30 копеек с семьи — столько стоила одна бочка воды у дяди Миши — покупали несколько бочек и заливали горку. Потом всю зиму катались на фанерках с горки по улице Чернышевского до пересечения с Халтуриной. Даже в лютые морозы, когда в школу не ходили.
Центральная дорога была не асфальтированная и не бетонированная. Пройдёт автобус-ПАЗик или другая машина— пыль стояла столбом. Потом дорогу начали бетонировать, появились автобусы «Лазы» и «Лиазы».
Помню, в РЭБе продавался очень вкусный хлеб — большие булки. Специально ездили на переправе за этим хлебом. Но одному или вдвоём ездить было небезопасно — можно было получить по морде от местной шпаны. Рэбовские тоже в Речники ездили с большой боязнью — речниковские ловили их в отместку.
_________________
Теперь это только воспоминания, но именно из них и складывается настоящая история города — не из отчётов, а из детских игр на улице, вкуса родниковой воды, песен за столом, первой поездки за рулём и горки, залитой всем миром. Усть-Кут, где пахло сеном и было так много друзей, что хватало на три футбольных поля. Город, тех лет был неудобным, пыльным, но живым — и по-своему счастливым.